Сделать стартовой
     Последнее
     обновление

     23.09.2009


На главную
о проекте команда/контакты продукты/услуги гостевая
НАШИ ПРОЕ КТЫ
СИБИРЬ
СИБИРСКИЙ КЛУБ
журнал
СЛЕДУЮЩИЙ ШАГ
справочник
КТО ЕСТЬ КТО
В БОЛЬШОЙ СИБИРИ
отдел
РЕДКИХ КНИГ
ТОМСК
справочник
КТО ЕСТЬ КТО
В ТОМСКЕ
книга бесед
МУДРОСТЬ ПОБЕДЫ
инвесторы проекта
фотоархив
СМИ о проекте
анкеты проекта
Акция "Книга Победителей"





ФОТОАЛЬБОМ

Следующий Шаг. Новый номер!



Томск







Голещихин Петр Евстафьевич

Родился 8 июля1923 года в поселке Даурский Парабельского района. Окончил 4 класса Заозерской школы, работал в колхозе.
На фронт призван в мае 1942 года. Участвовал в обороне Ленинграда. В 1943 году тяжело ранен и в августе того же года демобилизован.
Вернулся в колхоз «Даурск». Выучился на фельдшера, работал по специальности, в 1950 году назначен заместителем председателя колхоза «Искра». В 1955 году окончил Томский сельскохозяйственный техникум, получив профессию агронома. До 1961 года работал зоотехником, затем переехал в Томск, работал на разных предприятиях. 11 лет трудился в НИИ вакцин и сывороток, откуда в 1978 году вышел на пенсию.
Награды: орден Красной Звезды, орден Великой Отечественной войны I степени, медали «За победу над Германией», «За оборону Ленинграда», другие награды.

На оборону Ленинграда

Пришло время – призвали на фронт. Сначала отправили в Юргу, стали обучать на миномётчиков. Через месяц – экзамены. А я в девять лет стрелять из ружья научился, поэтому и миномёт несложно было освоить. Сдал экзамен на отлично. Мне сразу звание сержанта присвоили, дали расчёт из семи человек – и на защиту Ленинграда.
В начале июля 1942 года мы переправлялись через Ладожское озеро. С берега кричат: «Сибиряки?» – «Да, сибиряки». – «Смотрите, ребята, будьте осторожнее: вчера потопили одну баржу с сибиряками»…
Ну доставили нас в расположение части. С утра пришли «покупатели». Кто в разведку набирает пополнение, кто в минёры, кто еще куда… А у меня в расчёте ребята уже стреляные, говорят: «Товарищ командир, у нас самая хорошая специальность, за бугром будем сидеть с миномётами, и постреливать издалека». И не стали мы соглашаться.
А на следующий день строят сержантский состав. Приказ – всем в пехоту. «Как же так? Миномётчики мы, – говорим, – Стрельбу на отлично сдали». – «А нам, – отвечают, – миномётчиков не надо, нам другие специальности требуются». Так я в пехоту попал, был назначен командиром отделения в 12 человек.

Лыжная кавалерия

Почти всё время, пока я был под Ленинградом, наши войска стояли в обороне. Крупных сражений с фашистом ещё не было, лишь нечастые стычки, а уж покоя они нам не давали! День и ночь долбают – артиллерия, миномёты – спать не дают.
Сначала я служил в пехоте, а когда лёг снег – в лыжный батальон попал. В Сибири же вырос, с малых лет бегал на лыжах.
Отправляли нас с поручениями: 45 километров сходишь до Ладоги, да 45 км обратно – часа за четыре оборачивались. Ходил в секрет к расположению финских частей. Там русских много было, белогвардейцев, которые после революции сбежали в Финляндию. Они кричали: «Переходи, Русь, к нам! У нас хлеб дают, да каждый кусок маслом мажут». И песни пели по-русски.
Однажды даже в войсковой газете напечатали заметку про меня с двумя товарищами, под заголовком «Лыжная кавалерия».
В 1943 году началось наступление – прорыв блокады. Участвовал в нем и наш лыжный батальон. Вдруг приказ: «Ваша задача – прорвать оборону немцев и держать, чтобы получить возможность вынести раненых». Видимо, окружили уже нас, мы-то не знали. Вот так стояли: командир батальона, командир роты, мы, три сержанта и командир взвода. И в это время – снаряд под ноги. Командира роты разорвало, мне всю грудь прошило. И все, больше ничего не помню.
Очухался в снегу. Март-месяц, зима еще, а мне показалось – в воде лежу. Потом понял, что в луже крови. Поплакал, конечно, двадцатый год всего, умирать ох как не хочется! Лежу в снегу и не могу шевельнуться, в небо смотрю. Вижу: первая вечерняя звездочка на небе появилась и на меня глядит. И тут голоса: быр-быр-быр. Я контужен, слов разобрать не могу. Думал – немцы, застрелят и всё. Нет – русские.
Сначала меня  тащили двое, но одного по дороге убило, а второй говорит: «Я тебя один не дотащу. Останься здесь, а я пойду, может, найду кого-нибудь». В конце концов, меня подобрала разведгруппа. Притащили куда-то, а я уже весь застыл, рот не открывается. Разжимали-разжимали челюсти, потом спирта мне туда – хоп! Я задохнулся, а мне кусок хлеба в рот суют, я как прикусил, так и в Ленинградский госпиталь привезли с этим куском.

На госпитальной койке

Госпиталь располагался в больнице Мечникова. Я уже немножко отошёл, лежу в приемном покое раздетый, жду перевязки. Стали меня расспрашивать: «Где служишь, кто командиры?» Я говорю: «Командир батальона был Панов, а командир роты был Солий, а взвода – Васильев». Чую, меня не перевязывают. Холодище, замерз весь. А медсестра говорит: «Врач ушла, плачет, что её командир погиб». Командир нашего батальона Панов был её мужем... Потом пришла, перевязали меня – и в палату.
В госпитале, в блокадном Ленинграде, я пять месяцев пролежал. Ходить не мог совсем. Кормили помаленьку, хоть и говорят, что голод был, но нас, раненых, это не коснулось. А когда блокаду прорвали, хорошо кормить стали. Осколки из ноги у меня вытащили, а в лёгких и у сердца так и остались – не пошли туда хирурги. Железный, потому и живу. Потом у меня двухсторонняя бронхопневмония началась. Температура как бухнула – еле выжил.
Через пять месяцев раненых стали эвакуировать из Ленинграда. Повезли по железной дороге, по только что восстановленному мосту. И тут начался обстрел. Машинист задним ходом потихоньку нас назад увез. Ночь простояли, наутро снова повезли. И снова бомбёжка. А я подушку положил на голову и думаю: «Ну и пусть убьют, только бы не слышать всего этого». Но фашист всего три-четыре бомбы сбросил, что ему помешало – не знаю. Может, пулемёт стоял на паровозе, или кончилось горючее, или кидать было нечего – не знаю, однако мы проехали живыми. Последний вагон задело, но никто не погиб.
Всех по госпиталям растолкали, я в Первоуральск попал, там полежал, потом домой поехал – работать в колхозе.
О судьбе своего батальона я долгое время ничего не знал. Пока однажды в Ленинграде на встрече однополчан не встретился с командиром одной пулемётной роты. «Ты где служил?», – спросил он. «В лыжном», ответил я. – «О-о, лыжный я знаю. Мы взяли Красный бор, немец как прижал нас – вылетели, как угорелые. А лыжники как шли напролом, так и прошли».

[ Назад ]
  

Герои книги «Мудрость Победы»

Аксёнов В.Г.
Аксёнов И.Н.
Бердников Н.В.
Богомаз Н.С.
Богоряд Б.Е.
Брандт Л.В.
Голещихин П.Е.
Дирин Н.Г.
Коваленко Г.Ф.
Козлов А.К.
Кузин В.Я.
Литвенко Ф.И.
Мазирко М.И.
Малахова В.И.
Марина О.Н.
Меньшиков В.И.
Михетко В.В.
Мишуров Ф.М.
Моравецкий Д.В.
Обидо П.А.
Оглоблин П.Н.
Огородников Л.П.
Осипов В.П.
Осипова А.П.
Петроченко В.С.
Полещук Е.М.
Попов Л.Е.
Преданников И.П.
Сипайлов Г.А.
Степанов Л.П.
Сулакшин С.С.
Тарасенко Я.А.
Тарасов Г.И.
Тимофеев Л.К.
Тихомиров И.А.
Фоминский Ф.А.
Хаскельберг Б.Л.
Чучалин И.П.
© "Сибирский проект" 2005-2009
634003, г. Томск, ул. Ачинская, 15Б, офис 16
телефоны: (3822) 783-416, 783-417, 783-418, 783-419, 783-420
факс: (3822) 783-416
e-mail: amk@siberianclub.ru
 сегодня показов страниц 1013
 сегодня посетителей 101